Наследник немецкого еврейского коллекционера Феликса Кальманна потребовал вернуть семье картину Винсента Ван Гога «Больница Сен-Поль в Сен-Реми-де-Прованс», которая сейчас находится в парижском Музее Орсе. Об этом сообщает Lechaim.
Ван Гог написал картину в 1889 году, когда сам находился в психиатрической лечебнице Сен-Поль в Сен-Реми-де-Прованс. Первым владельцем произведения был врач Теофиль Пейрон, после чего полотно несколько раз меняло владельцев.
Феликс Кальманн, немецкий адвокат, промышленник и коллекционер еврейского происхождения, приобрел картину в 1914 году у берлинской галереи Пауля Кассирера. После прихода нацистов к власти положение семьи резко ухудшилось: Кальманны подверглись антисемитским преследованиям и были вынуждены распродавать имущество.
При этом обстоятельства продажи картины Ван Гога остаются неясными. Известно, что в июне 1932 года Кальманн предлагал ее Берлинской государственной галерее, однако музей отказался от покупки. Уже в августе 1933 года или в начале 1934 года произведение находилось в Париже у известного арт-дилера Поля Розенберга.
Именно промежуток между этими датами стал ключевым в споре. Если картина была продана в 1932 году, сделка состоялась еще до прихода Адольфа Гитлера к власти и могла быть добровольной. Если же продажа произошла после января 1933 года, возникает вопрос, насколько свободным было решение Кальманна на фоне начавшихся преследований евреев.
Семья коллекционера считает, что произведение могло быть утрачено в результате нацистских преследований. Французское законодательство позволяет возвращать произведения искусства, утраченные в период антисемитских преследований 1933–1945 годов, в том числе в результате вынужденных продаж.
В дальнейшем картина несколько раз меняла владельцев. В 1973 году галерист Макс Каганович, также еврейский эмигрант, переживший нацистские преследования, передал ее французскому государству. С тех пор «Больница Сен-Поль» входит в национальную музейную коллекцию Франции и экспонируется в Музее Орсе.
Теперь судьба картины стоимостью около €50 млн может зависеть от того, удастся ли установить точную дату и обстоятельства ее продажи более 90 лет назад.
